Размер шрифта:   

Кроме новостей > Интервью

Горан Свиланович: Давайте говорить об энергетической взаимозависимости

21 сентября 2015, понедельник / 18:42  |  Просмотров: 1246;  Комментариев: 0
Send to Kindle
Горан Свиланович: Давайте говорить об энергетической взаимозависимости

Автор: Ангел Петров

Уже 7 миллионов человек стали внутренними беженцами в Сирии, 4,5 млн находятся за ее пределами. Мы должны продолжать обсуждение, как сохранить в живых один из главных ростков ЕС - свободу передвижения и Шенгенскую систему, пока мы обсуждаем и ограничения системы, зная, что сотни тысяч стекаются к нам.

Об том заявил в интервью Novinite Горан Свиланович, Генеральный директор Регионального совета по сотрудничеству накануне конференции "Энергетическая безопасность энергетическая инфраструктура в Юго-Восточной Европе" в Софии.

В понедельник господин Свиланович официально получил второй срок в качестве главы PCC, который часто описывается как "оперативная рука" Процесса сотрудничества в Юго-Восточной Европе (ПСЮВЕ) - организации, созданной по инициативе Болгарии. Соглашение о его переизбрании было подписано министром иностранных дел Болгарии Даниелем Митовым, который в настоящее время председательствует в ПСЮВЕ.

РСС на самом деле является преемником другой организации – Пакта стабильности в Юго-Восточной Европе (ПСЮЕ) - созданного Западом и Россией, чтобы помочь странам в регионе на их пути к политическому и экономическому восстановлению.

Конференция „Энергетическая безопасность и энергетическая инфраструктура в Юго-Восточной Европе" направлена на изучение решений вопроса энергетической диверсификации и безопасности поставок в рамках более широкой стратегии, которая, по словам господина Свилановича, может привести к интеграции стран Западных Балкан, которые не являются членами ЕС, в Энергетический союз еще до присоединения к объединенной Европе.

- Господин Свиланович, ПСЮЕ стало РСС в 2008 году, чтобы подтвердить стремление стран Юго-Восточной Европы к взятию инициативы в своих отношениях. В какой степени это воплощается в последние шесть лет?

В статусе РСС записано, что наша задача заключается в поддержке регионального сотрудничества для поддержания идеи стран присоединиться к ЕС и НАТО. Мы работаем с более широкими группами экономик – тринадцатью - и с ПСЮИЕ, который в этот момент находится под председательством Болгарии, которая сменила Албанию в этом году. Как председатель ПСЮИЕ она определила различные цели, и они связаны с энергетическим сотрудничеством. Вчера у меня была встреча с министром иностранных дел Болгарии. Одна из целей Болгарии во время ее председательства – это пресс-конференция, которая позволит комиссару Марошу Шефчовичу объяснить Энергетический союз как процесс, в котором участвует Болгария с другими государствами-членами, но также - и поэтому я здесь на самом деле - со странами, которые стремятся присоединиться: тех, кто еще не является членами ЕС, но являются частью процесса создания Энергетического союза. Я надеюсь, что они станут членами Энергетического союза, хотя еще и не являются членами ЕС.

Вернемся к вопросу – у нас есть трехлетняя программа работы. По своей сути в нее вложено усиление сотрудничества между странами по вопросам, связанным с экономическим развитием и ростом. Поэтому мы посредничали между странами, которые взяли на себя обязательство стратегии для Юго-Восточной Европы 2020: создание рабочих мест и европейской перспективы. Это важный вопрос для этих стран. Занятость по-прежнему недостаточно высокая. Рост ВВП страдает от кризиса, начавшегося в 2008 году, и все же мы видим рост. В нашей работе в PCC основными вещами являются занятость и экономический рост. Как мы действуем по этим вопросам - у нас есть соглашение с министрами экономики. Они устанавливают цели, объясняют, что будут делать на национальном, а затем на региональном уровнях. Идет речь, главным образом, об устранении барьеров в торговле, о повышении сплоченности между системой образования и рынком, о лучшей технической связи - энергетики, железнодорожного транспорта, магистралей.

- Давайте начнем с "физической" стороны барьеров - инфраструктуры или ее отсутствия. Люди, которые путешествуют в данную страну региона, въезжают или выезжают из соседней страны, встречают трудности, а что говорить насчет туристов из других регионов. Что делает PCC по этому вопросу?

В Вене, на Саммите Западных Балкан, министры Европейской комиссии поручили нам справиться с так называемыми "мягкими связями" – честно говоря, мы не строим дороги. Значительные ресурсы - около 600 миллионов евро - предназначены для улучшения инфраструктуры. Из этих 600 млн 200 приходятся на гранты, выделенные через Инструмент доприсоединительной помощи (ИПА). Проекты уже утверждены министрами, и, хотя они сосредоточены на странах, которые хотят присоединиться, сеть, автодороги, железнодорожная инфраструктура и энергетические коридоры являются частью крупнейшей европейской сети, следовательно, они играют большое значение для Болгарии. Например, часть проекта является дорога от города Ниш в Софию, а затем продолжается оттуда в Стамбул. Когда речь идет о железнодорожном транспорте, идея та же: связать широкий европейский регион, скажем, от Стамбула до Мюнхена. Так что я считаю эти проекты важными и для государств-членов ЕС: они являются частью их собственной повестки дня в области развития.

Что касается РСС и "мягких связей" - некоторые из них, например, связаны с устранением барьеров, которые существуют в пунктах пропуска. Иногда проблема заключается в рабочем времени – необходимо ждать, потому что рабочее время не то же самое с обеих сторон границы. Это препятствие можно легко устранить, и проблема не связана с деньгами, идет речь только о соглашении между странами. Другая часть этой улучшенной связанности - повышенная мобильность рабочей силы. Третьим фактором является цены на роуминг. Если вы являетесь инвестором, который прибыл из Болгарии в Боснию и Герцеговину - где мы базируемся – вы можете удивиться, как дорого использовать свой мобильный телефон, Интернет и т.д., так как вы прибыли из государства-члена. И это то, над чем мы должны работать со странами, которые хотят присоединиться, чтобы выровнять их платы, потом снизить их и привести их к уровню ЕС. Это является частью более широкой повестки дня понятия "связанность".

- Иногда проблемы связанности скорее двусторонние. Какой подход РСС к региональным отношениям? Вы лично выступили модератором дискуссии между премьер-министрами Сербии и Албании в конце августа. Какие чувства у Вас остались: кроме Косово есть ли что-то другое, что мешает диалогу?

Подход РСС является региональным, но вы правильно отметили, что существует список двусторонних споров - давайте открыто называть вещи своими именами. Но на встрече в Вене мы согласились: мы знаем, что у нас есть проблемы. Поэтому мы не будем делать список проблем - потому что таким образом мы можем поощрять людей и политиков добавлять в список, вместо того, чтобы убирать из списка и соглашаться с тем, что мы уже решили. Таким образом, в Вене были подписаны два соглашения о границах [Босния-Черногория и Черногория-Косово], чтобы помочь решить эти проблемы – что я считаю огромным шагом вперед. Мы верим, что со временем между Веной и Парижем, где будет следующий саммит, мы сможем решить некоторые из этих вопросов так, чтобы двусторонние споры решались на двусторонней основе, но чтобы страны были поощрены и получили помощь в этом процессе. Эта роль, в основном, для ЕС, потому что компромиссы, которые были достигнуты в ходе этого процесса - например, первое и второе соглашение в Брюсселе между Белградом и Приштиной - были достигнуты в контексте этой сессии. Пока этот контекст существует, пока эти страны приближаются и, наконец, вступят в ЕС, будет легче достичь компромисса.

- Как для государств-членов, так и для не входящих в ЕС, кризис с мигрантами , который сотрясает Европу, является существенным фактором. Что бы Вы порекомендовали для успешного регионального ответа на кризис?

Я постараюсь быть честным - не буду играть со статистикой, но часть ее должна иметься ввиду. Я использую следующие данные ООН: 7 миллионов человек уже стали внутренними беженцами в Сирии. Четыре с половиной миллиона уже находятся за ее пределами. В Турции есть два миллиона, но и в соседних странах также. Я думаю, что то, что должно быть целью номер один, это остановить войну и зверства. Это держит людей в своей собственной стране. Цель номер два: нам надо справиться с сотнями тысяч людей, которые уже на пути. Но, как вы сами указали, есть разница в отношении стран и обсуждение в Брюсселе между министрами внутренних дел было важным. Не все вопросы решены, имеются различия в отношении стран. Мы должны продолжить и обсуждать, как сохранить в живых один из главных ростков ЕС - свободу передвижения и Шенгенскую систему - обсуждая ограничения системы, зная, что сотни тысяч стекаются к нам. РСС не имеет потенциала, чтобы справиться с этим. Пока мы сделали что-то - мы предоставили анализ пробелов, когда речь идет об организованной преступности и миграции. Мы сделали это до кризиса и показали, чего не хватает в коммуникации между соответствующими властями. Я говорю это, потому что вчера я обсуждал с министром иностранных дел Болгарии Даниелем Митовым необходимость сосредоточиться на контрабандистах и смотреть на них как на часть организованной преступности.

- На заседании министров внутренних дел ЕС, о котором Вы упомянули, было решено, чтобы мигранты из стран Ближнего Востока были приняты в ЕС, но взамен не обрабатывать заявки о предоставлении убежища для жителей западных балканских стран, не являющихся членами ЕС.

Существует огромная разница между этими двумя типами мигрантов. Одни – прибывающие из Сербии, Боснии и Герцеговины, Черногории утверждают, что они ищут убежища. Эти страны являются безопасными, это должно быть ясно. Что сразу определяет разницу между нашими гражданами, которые хотят убежища и теми, с Ближнего Востока - это ставит наших граждан на другую основу.

- Давайте перейдем на энергетику. Какое будущее Вы предвидите для регионального энергетического рынка и его интеграции в европейский энергетический рынок?

Во-первых, я бы хотел отметить: нет такого понятия, как энергетическая независимость. Я хотел бы использовать словосочетание „энергетическая взаимозависимость”. Роль секретариата Энергетического сообщества понятна – например, он в интересах Сербии, Боснии и Герцеговины, Черногории, потому что они участвуют в тесном сотрудничестве и принимают и адаптируют стандарты ЕС в области энергетического сотрудничества. Делая это, они на самом деле подготовятся к созданию Энергетического союза, который простирается за пределы ЕС и включает все эти страны. Создается энергетический рынок в рамках этого Энергетического Союза, который больше, чем ЕС.

- Может включение Болгарии в европейский энергетический рынок решить ее энергетические проблемы?

Я бы не сказал, что все решается, если создается Энергетический союз, но он является шагом в правильном направлении. Потому что это повысило бы взаимосвязь между Болгарией и соседними странами, предоставило бы возможность для Болгарии определить свой собственый энергетический микс, определить, в какой степени использует газ, в которой степени энергия поступает из бурого угля или возобновляемых источников. Мы найдем способ увеличить долю возобновляемых источников энергии и таким образом облегчить доступ других поставщиков различных источников энергии.Я открыто заявляю: не все решается с включением. Кроме того, я уважаю всех тех, кто может обеспечить ресурсами и является частью рынка.

- Болгария подала инициативу построить вертикальный газовый коридор. На карте газопровод Eastring, "Турецкий поток", TANAP. Можете ли Вы сделать прогноз, какой будет карта газа в регионе, и как реализация некоторых из этих проектов изменит его?

Я бы не хотел играть в предсказания, что будет происходить. Я только скажу, что я высоко ценю тот факт, что Россия является значимым производителем и поставщиком нефти и газа. Кроме того, я также знаю, что газ может поступать из Азербайджана, Ирана, может из греческих терминалов сжижженного природного газа - есть варианты. А одна страна - не только моя или ваша, но и в регионе в целом - нуждается в связи, чтобы быть более гибкой и использовать различные источники.

- Некоторое время назад транспортные и энергетические коридоры были согласованы с "Шелковым путем". В течение некоторого времени лансируется идея о "Новом шелковом пути". Какое влияние это оказывает на проекты, инвестиции, как это меняет возможности для регионального сотрудничества в области транспорта и энергетики?

Новый Шелковый путь является идеей, над которой я работал, когда был в ОБСЕ и руководил деятельностью, связанной с экономикой и защитой окружающей среды, поэтому тема близка мне. Страны Центральной Азии заинтересованы улучшить свои собственные связи с остальной частью Европы. Таким образом, мы обсуждаем с ними, как перемещать товары, скажем, от границ Китая до Мюнхена - и, соответственно, до нашего региона. В настоящее время занимает недели, чтобы грузовики доставили эти товары, и этому существует множество причин - отчасти политические, отчасти идет речь о коррупции. Если нет дороги, другие проблемы могут быть устранены. Поэтому необходимо повысить степень приверженности по пути, чтобы быть увуренными, что нет проблем на пограничных пунктах, нет коррупции и т.д. Для нас это важно, потому что мы только часть более широкого региона - как Болгарии, так и остальных стран. Мы должны взять на себя обязательство за пределами границ ЕС, и что сотрудничество со странами Центральной Азии и торговля с ними будет только увеличиваться с годами.

Версия для печати Отправить Подпишись на слово
Материалы по теме:
Теги:
: